Христос воскрес, и мы – Его свидетели. Действительно ли мы Его свидетели? Как мы можем ими быть? «Христос воскрес! Воскреснем вместе с Ним! Аллилуйя, аллилуйя!» – звучит пасхальный гимн из Литургии Часов. И это в самую точку. Действительно, чтобы быть свидетелями воскресения, мы сами должны вести жизнь воскресения. Иначе как нам могут поверить? Если мы живем, думаем, судим и реагируем, как все остальные, то сколько бы мы ни говорили и ни кричали, что Христос воскрес, слушающие нас не перестанут смотреть на нас как на восторженных, легковерных людей, которые имеют особую уверенность в предполагаемом историческом событии (но никаких доказательств которого нет), хотя на самом деле, если отбросить эту экзотику, они ничем не отличаются от других. Если Христос воскрес и живет новой жизнью, но мы, верующие в Него и заявляющие, что следуем за Ним в своей жизни, продолжаем жить по критериям старого мира, то мы никоим образом не сможем дать свидетельство, по крайней мере, достоверное и действенное, способное убедить и «присоединить к группе верующих, тех, кто будут спасены».
На протяжении истории было много авторов, которые осуществляли пророческое служение, осуждая пагубный союз между христианской верой и установленным «порядком» (или беспорядком), когда жизнь по вере превращалась в нечто вроде культурной прихоти, но при этом подстраивалась под привычки и критерии мира. Святые – это главные пророки, которые пробуждали совесть, призывая к подлинной жизни воскресения, которые напоминали нам предупреждение Павла: «Не сообразуйтесь с веком сим» (Рим 12, 2).
В это пасхальное время, после сильного потрясения, вызванного смертью Христа, и потрясающего опыта встречи с Воскресшим Господом, мы призваны встряхнуться и осознать, что мы живем уже в другом измерении, в новой жизни, в жизни воскресения. И поскольку мы ощущаем в себе плоды воскресения, мы чувствуем себя обязанными свидетельствовать об этом событии, которое является поворотным моментом в истории (смерть побеждена и больше не имеет над нами власти!), и которое должно быть таковым для всех, кто верит в него.
Слово Божье сегодня служит нам зеркалом, в котором мы можем увидеть себя и проверить, насколько наша жизнь действительно является жизнью воскресения.
Обращаясь к первому чтению, мы понимаем, что жизнь воскресения – это жизнь в братстве. Ученики были братьями. Это не братство, основанное на кровном родстве, симпатии, национальной принадлежности или идеологии, а на слушании Слова, провозглашаемого Церковью (учение Апостолов) и привлекающего учеников. Это Слово открывает нам нашу общую идентичность как детей Божьих и, следовательно, братьев во Христе. Это братство питается и укрепляется в Евхаристическом причастии (преломлении хлеба) и общей молитве. Жизнь воскресения невозможна без ответа на призыв Господа, который созывает и собирает Своих учеников в общине, в Церкви. Только так можно «увидеть» Господа, что мы понимаем, глядя на Фому.
Такое братство не может не вызывать восхищения: люди разного происхождения, национальности, мировоззрения и т.д. совершают чудо взаимной любви, а знаком единства в вере является единство в материальных благах, щедрость и взаимопомощь, присущие настоящей семье.
И это возможно, напоминает нам второе чтение, потому что мы действительно родились для новой жизни через крещение, которое является ни чем иным, как участием в смерти Христа и, следовательно, в Его воскресении: это новая жизнь в духе любви, то есть в Святом Духе.
Действительно, речь идет о жизни, воскресшей в вере и надежде, поскольку она протекает в условиях старого мира, израненного грехом и смертью. Поэтому эта жизнь, хотя и воскресшая, подвергается трудностям и страданиям, таким как искушения и гонения, «различным испытаниям», как говорит Петр. Но эти испытания, в свете воскресения, служат нам поводом для укрепления в верности, для очищения веры от всяких корыстных интересов или ложных мотивов. Принимая эти моменты испытаний и очищения, мы как раз свидетельствуем об огромной ценности веры, которую мы исповедуем, она ценнее золота, потому что она не в материальных и тленных благах, а в участии в жизни Бога через Иисуса Христа, в чем заключается спасение.
Жизнь воскресения, в конечном счете, это жизнь, которая, как говорит нам Евангелие, побеждает страх (преследования и смерти) и закрытость, которую он порождает. Среди испытаний она сохраняет мир, который дал нам Христос, открывающий нас и посылающий по всему миру, чтобы возвестить великую весть о том, что Воскресением Иисуса грех и смерть побеждены.
Жизни воскресения – это, в конечном счете, жизнь в Духе Иисуса, которая не боится смотреть на раны Тела Христова и прикасаться к ним; это Тело, с одной стороны, – Церковь, а с другой – все человечество. Прикоснуться к ранам Церкви, Тела Христова, означает признать и исповедать свои собственные грехи, с уверенностью в том, что эти самые раны исцелили нас (1 Петр 2, 24), потому что Иисус передал нам силу прощения: просить прощения и прощать (лично и в таинстве). Прощение – это выражение созидательной силы Бога, воскресившего Иисуса из мертвых и воскрешающего нас из той духовной смерти, которой является грех. А прикоснуться к ранам человеческой природы Христа означает, кроме того, с милосердием смотреть на страдания человечества и спешить на помощь, делясь со всеми через дела любви исцеляющей силой Бога.
«Бог воскресил Иисуса, и мы являемся Его свидетелями» (Деян 2, 32). Чувствуем ли мы, что наша жизнь – это воскресшая жизнь в наших отношениях с Богом и братьями, с Церковью, со всем человечеством? Посреди различных испытаний давайте станем свидетелями новой жизни призвавшего нас Воскресшего через дела любви и прощения.
Христос воскрес, и мы – Его свидетели. Действительно ли мы Его свидетели? Как мы можем ими быть? «Христос воскрес! Воскреснем вместе с Ним! Аллилуйя, аллилуйя!» – звучит пасхальный гимн из Литургии Часов. И это в самую точку. Действительно, чтобы быть свидетелями воскресения, мы сами должны вести жизнь воскресения. Иначе как нам могут поверить? Если мы живем, думаем, судим и реагируем, как все остальные, то сколько бы мы ни говорили и ни кричали, что Христос воскрес, слушающие нас не перестанут смотреть на нас как на восторженных, легковерных людей, которые имеют особую уверенность в предполагаемом историческом событии (но никаких доказательств которого нет), хотя на самом деле, если отбросить эту экзотику, они ничем не отличаются от других. Если Христос воскрес и живет новой жизнью, но мы, верующие в Него и заявляющие, что следуем за Ним в своей жизни, продолжаем жить по критериям старого мира, то мы никоим образом не сможем дать свидетельство, по крайней мере, достоверное и действенное, способное убедить и «присоединить к группе верующих, тех, кто будут спасены».